 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
спора.
Незнакомец требовал, чтобы хозяин сдал ему именно ту комнату, которую заняли
Джим с Брайеном.
За последний год Джим стал мудрее, по крайней мере, он старался благоразумно
держаться в стороне от всяких свар, но тут он почувствовал, что спор затрагивает и его
собственные интересы.
Джим потянулся за поясом с мечом - он снял его всего минуту назад - и застегнул на
талии. Теперь он был вооружен. У него не было никакого желания вытаскивать меч из
ножен, и Джим надеялся, что все обойдется без резни, но джентльмену не следует
появляться на людях, безоружным. Он спустился.
В огромной гостиной, занимающей большую часть нижнего этажа трактира, прямо у
входа хозяин бурно препирался с неким круглоголовым здоровяком; тот был
несколькими годами младше Джима, над его соломенными усами хищным клювом торчал
немного крючковатый нос.
- Держал твой прадед этот трактир или не держал? - яростно вопрошал он, когда Джим
спускался с лестницы. Его пышные усы свирепо ощетинились - под стать голосу. Они
были чуть светлее его шевелюры, а их кончики свисали до самого подбородка, чья форма
говорила о твердости характера его обладателя, меж тем как очерк губ свидетельствовал о
благородстве незнакомца, который хоть и был на полголовы ниже Джима, но, похоже, с
лихвой возместил эту разницу своим буйным, упрямым нравом.
- Конечно, держал, сэр Жиль, - ответил ему хозяин, - но это было восемьдесят лет
назад, и я до сегодняшнего дня и слыхом не слыхивал ни о ком из вашей семьи.
- Ну и что?! - не унимался незнакомец. - Обещал твой прадед моему прадеду всегда
найти для него комнату под этой крышей, или нет?
- Ну да, сэр Жиль, обещал, - сказал хозяин. - Но он не имел в виду, что если твой
уважаемый прадедушка или еще кто из его семьи свалится как снег на голову, то ему
тотчас же приготовят комнату. Получилось так, что я только что отдал последнюю
комнату благородному рыцарю и лорду с запада.
- А кому первому было дано обещание, - зарычал маленький джентльмен, - моему
прадеду или одному из этих двоих джентльменов, кем бы они там ни были?
- Конечно, твоему прадеду, - сказал хозяин. - Но как я уже сказал, сэр Жиль, от тебя я
известия о приезде не получал, а от них получил. Ты и сам видишь, что город переполнен
джентльменами со всей Англии; все пытаются где-то пристроиться, пока не снарядят суда
во Францию. Что же я мог сделать; я же не знал, что приедет кто-то из твоей семьи; не
могут же комнаты оставаться свободными, когда многие нуждаются в них?!
- Сведи меня с ними! - орал сэр Жиль. - Пусть только они покажутся мне на глаза. Если
они сами признают, что эта комната принадлежит мне, и найдут себе другую - им же
лучше. А если нет, то я, сэр Жиль, отстою свое право на эту комнату!
Он свирепо закрутил кончик правого уса. - Мне бы очень не хотелось, чтобы
джентльмены ссорились в моем доме из-за комнаты, - произнес хозяин. - Кроме того, при
всем моем к вам уважении, сэр Жиль, я должен сказать, что, как мне кажется, они имеют
больше прав на эту комнату, - при данных обстоятельствах...
Вдруг он остановился на полуслове, заметив подошедшего к ним Джима. - Милорд, -
сказал он, - боюсь...
- Я не знаком с этим джентльменом! - резко сказал сэр Жиль, сверкнув на Джима
глазами.
Несмотря на свои миролюбивые намерения, Джим почувствовал, что еще один такой
взгляд - и он взорвется. В этом сэре Жиле, казалось, было нечто упрямое и воинственное,
от чего любой, кто чувствовал на себе его глаза или слышал его голос, сам по себе
начинал заводиться.
- Милорд, - запинаясь, начал хозяин, - позвольте представить вам сэра Жиля де Мер,
перед вами - благородный лорд Джеймс барон де Маленконтри-и-Ривероук.
