 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
Незнакомца можно было бы назвать красивым, если бы не крючковатый, как у сэра
Жиля, нос, который, однако, не был и вполовину таким мясистым. Черты его лица были
тонкими и как бы заостренными. Несмотря на то что на нем была простая одежда, она не
могла скрыть властности, чувствующейся во всем его поведении. Он двигался с
непринужденностью и уверенностью человека, находящегося в прекрасной форме.
Незнакомец держался прямо, расправив широкие плечи.
Подойдя к Джиму, он без приглашения плюхнулся на скамью по другую сторону стола
и, не произнеся ни слова, повернул левую руку ладонью вверх. Взору Джима открылось
позолоченное кольцо с камнем со стороны ладони, на котором была вырезана та же
эмблема, что и на кольце Джима. Убедившись в том, что Джим разглядел рисунок,
незнакомец снова сжал руку в кулак, спрятав камень.
- Должно быть, вы Рыцарь-Дракон, - произнес он низким приятным баритоном, - от
сэра Джона Чендоса.
- Да. - Джим сидел неподвижно. - Но, боюсь, я не знаю вашего имени, мессир.
- Мое имя не имеет значения. Мы можем поговорить в каком-нибудь месте потише?
- Разумеется. Наверху. Джим было привстал, но его собеседник резко покачал
головой, и Рыцарь-Дракон снова сел.
- Не сейчас, - сказал мужчина. - Сегодня вечером. Я еще вернусь. В вашей комнате, я
правильно понял?
Он показал глазами на лестницу. Джим кивнул. - Тогда до вечера. - Незнакомец
поднялся. - Здесь будет побольше народу, и мои приход и уход будут не столь заметны.
Ждите меня наверху.
Он встал, направился к двери и вышел. На секунду его темный силуэт задержался в
светлом прямоугольнике дверного проема. Затем он исчез.
15
Брайен с Жилем вернулись только под вечер. Они добыли лошадей и были
переполнены радостью по поводу покупки. Друзья настояли на том, чтобы Джим вместе с
ними спустился во двор посмотреть на животных перед тем, как их уведут в стойла.
Когда Джим их увидел, он сразу понял, почему Брайен и Жиль так хотели показать ему
свое приобретение. Сделать так друзей побуждало отнюдь не чувство ответственности за
вверенные им деньги, а скорее желание похвастаться стоящей покупкой.
Во дворе стояло шесть лошадей. Джим пока слишком мало прожил в этом мире, чтобы
хорошо в них разбираться. Но он знал уже достаточно, чтобы увидеть разницу между
животными. Перепутать верховых и вьючных невозможно. Вьючные кобылы ростом
поменьше, шкура у них погрубее, да и выглядели они весьма истощенными. Из верховых
две были неплохи, а одна - так просто великолепна. Упряжь для всех троих уже была
куплена.
К сожалению, два верховых коня, хотя и не выглядели так, будто их морили голодом
или с ними дурно обращались, были, однако, вполне заурядны. На непросвещенный
взгляд Джима, они не дотягивали до верховых коней, приличествующих джентльмену
или леди: скорее, это были нормальные лошади для конных латников.
- Эта, - Брайен похлопал по седлу лучшей верховой лошади, - твоя, милорд.
Титул в конце фразы был своевременным намеком Джиму на то, что ему отдавали
лучшую лошадь не потому, что он дал деньги на покупку. И не потому, что он являлся
командиром экспедиции, а, как всегда в этом мире, из-за его ранга. Как старшему по
рангу, ему полагалась лучшая лошадь. Опять, с самой неожиданной стороны,
повторялась, в общем, ситуация Джона Честера.
Но с точки зрения здравого смысла такое распределение было абсолютно
неправильным. Прошлой зимой под руководством Брайена Джим худо-бедно научился
