 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
- Что ты собираешься делать в Хавноре? Ведь ты... ты на этот раз воистину
возродилась.
Тенар с улыбкой кивнула. Она и вправду чувствовала себя так, будто только что
народилась на свет.
- В первую очередь тебе нужно выучить язык. - Твой язык? С удовольствием!
- Ну что ж... Это - кабат.
Гед бросил ей на колени камешек. - Кабат... Это на языке драконов? - Нет, нет! Тебе
нужны не заклинания, а умение разговаривать с людьми.
- Конечно. Но как будет "камень" на языке драконов? - "Толк"... Не рассчитывай, что я
возьму тебя в ученики. Мы с тобой будем учить язык Архипелага. Ведь пришлось же мне
выучить язык Каргада.
- Но ты как-то странно произносишь слова...
- Несомненно. А теперь: "аркемми-кабат", - и Гед протянул руку за камешком.
- А если я не поплыву на Хавнор? - А куда?
Тенар промолчала. - Хавнор - прекрасный город. Ты принесешь ему в дар Кольцо,
символ мира, неоценимое сокровище. Тебя встретят как принцессу, осыпят почестями. В
Хавноре живут гордые и благородные люди. Они назовут тебя Белоснежной Леди - ведь
кожа твоя так бела! - и полюбят тебя еще больше за молодость... и красоту. У тебя будут
сотни одеяний, подобных тому, что я показал тебе в Лабиринте, только настоящих. Ты
познаешь людскую благодарность и любовь, ты, кто знал только одиночество, зависть и
мрак.
- Но был же Манан, - сказала Тенар, словно защищаясь, и губы ее задрожали, но самую
малость. - Он любил меня, я видела от него только добро. Он защищал меня, как умел, и
за это я убила его. Он нашел свою смерть в бездне. Я не хочу на Хавнор, я не поплыву
туда. Я останусь здесь. - Здесь... на Атуане?
- Здесь, где мы сейчас сидим. - Тенар, - сказал Гед тихо и серьезно - давай останемся.
Правда, у меня нет ножа, а когда пойдет снег, нам придется туго. Но пока мы сможем
добывать пищу...
- Нет. Я понимаю, что мы не можем остаться. Просто лезут в голову дурацкие мысли.
Рассыпая с подола черного хитона ореховые скорлупки, Тенар встала и подбросила в
костер поленьев. Она стояла - маленькая, изможденная, очень прямо, в перепачканных
черных одеждах.
- Все, что я знаю, теперь никому не нужно. Я постараюсь научиться чему-нибудь
полезному.
Гед отвел глаза и вздрогнул, как от боли.
На следующий день они перевалили через последний хребет. На перевале завывал
слепящий, жалящий ветер, несущий тяжелые снежные заряды. Им пришлось довольно
долго спускаться по противоположному склону, прежде чем они выбрались из снежных
облаков и Тенар смогла, наконец, рассмотреть лежащую за горами страну. Страну,
зеленую от сосновых рощ, лугов и невспаханных полей. Даже в разгар зимы, когда леса
окрашены в основном в цвет голых сучьев, страна эта зеленела - скромно и ненавязчиво.
Они стояли и смотрели на нее с горного склона, и вдруг Гед молча показал рукой на запад,
где в облаках садилось солнце. Самого его не было видно, но горизонт, край мира сверкал,
как алмазные стены Подземелья-Под-Гробницами. - Что это?
- Море, - ответил Гед. Через некоторое время ей пришлось увидеть хоть и менее
чудесное, но все же удивительное для нее зрелище. Они вышли на дорогу и пошли по ней,
и она привела их к деревне - дюжине выстроившихся в ряд домов. Осознав, что они
очутились среди людей, Тенар с тревогой посмотрела на своего спутника. Посмотрела и
не увидела его. Рядом походкой Геда, в его одежде и сандалиях шел другой человек,
белокожий и без бороды. Вот он повернул голову и подмигнул ей голубым глазом.
- Как ты думаешь, удастся нам обмануть их? - спросил он. - Как тебе нравится твое
