 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
людях, подобных вам. Мой дом находится крайне далеко отсюда. И все же мы, жители
острова Энлад, тоже танцуем Долгий Танец в канун середины лета.
- Вы топчете землю и находитесь в безопасности, - сухо заметил вождь. - Мы же
танцуем на поверхности бездонного моря.
Помолчав немного, он спросил:
- Как зовут твоего господина? - Сокол, - ответил Аррен. Вождь повторил слово, но
оно явно ни о чем ему не говорило. И это более, чем что-либо другое, убедило Аррена в
том, что услышанная им история правдива, и эти люди действительно всю жизнь
проводят в Открытом Морс вдали от островов, где землей и не пахнет, за пределами
полета любой из живущих на островах птиц. Об их существовании не знают люди,
населяющие Архипелаг.
- Он едва не умер, - сказал вождь. - Ему необходимо поспать. Возвращайся на плот
Стард, я пошлю за тобой.
Вождь встал. Несмотря на его непоколебимую уверенность в себе, он явно не знал, как
ему обращаться с Арреном: как с равным или как с юношей. Арен в данной ситуации
предпочел последнее и согласился с тем, что должен уйти. Но тут он столкнулся с другой
проблемой. Плоты вновь разошлись в стороны, и между ними сверкала полоска
шелковистой воды шириной в сотню ярдов.
Вождь Детей Открытого Моря вновь обратился к нему. - Плыви, - сказал он.
Аррен осторожно окунулся в воду. Ее прохлада приятно освежила обожженную
солнцем кожу юноши. Переплыв зазор, он выбрался на другой плот и увидел группку из
пяти-шести детей и подростков, которые с живым интересом наблюдали за ним. Совсем
маленькая девочка пропищала:
- Ты плаваешь как рыба на крючке.
- А как я должен плавать? - вежливо спросил слегка уязвленный Аррен. Ему не
хотелось грубить малышке. Она была похожа на изящную статуэтку из красного дерева,
хрупкую и изысканную.
- Вот так, - крикнула она и нырнула как тюлень в прозрачную переливающуюся толщу
воды. Только спустя долгое время и на невероятном расстоянии Аррен увидел над
поверхностью черную гладкую головку и услышал ее громкий визг.
- Поплыли, - сказал мальчик, вероятно, ровесник Аррена, хотя с виду ему можно было
дать лет двенадцать: серьезный парень с вытатуированным на спине голубым крабом. Он
нырнул, и все, даже трехлетние, нырнули вслед за ним. Аррен вынужден был последовать
их примеру, постаравшись войти в воду без всплеска.
- Как угорь, - сказал паренек, выставляя из воды плечо. - Как дельфин, - сказала
симпатичная девочка с приятной улыбкой и исчезла в пучине.
- Как я! - взвизгнул трехлетний карапуз, качаясь на волнах подобно бутылке.
Так что весь вечер дотемна и весь следующий долгий жаркий день, и последующие дни
Аррен купался, болтал и трудился вместе с подростками с плота Стара. Все перипетии его
путешествия, начавшегося в день весеннего равноденствия, когда они с Соколом отплыли
с Рокка, казались ему теперь такими далекими! Ибо все, что произошло с ними во время
этого путешествия, да и вся его предыдущая жизнь, не шло ни в какое сравнение с его
теперешним времяпровождением, а ведь самое интересное было еще впереди. Ночью,
ложась спать при свете звезд вместе с другими, он подумал: "Словно я умер, и все это -
загробная жизнь: под яркими лучами солнца, за Краем Мира, среди сынов и дочерей
моря... " Прежде чем уснуть, Аррен обычно бросал взгляд на юг, ища глазами желтую
звезду и Руну Конца, и всегда находил Гобардон, а также больший или меньший
треугольник. Но сейчас звезда взошла позднее, и он не сомкнул глаз, пока вся фигура не
показалась над горизонтом. День за днем и ночь за ночью плоты дрейфовали к югу, но
море нисколько не менялось, ибо нельзя уловить перемены на его не знающем покоя лике.
Майские бури уже прогремели, поэтому ночью ярко сияли звезды, а днем вовсю светило
солнце.
