 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
покрытой искусной резьбой, и дверными косяками в форме серых китов с открытыми
пастями. Этот человек был также хил и худ, как и остальные, походя телосложением на
мальчика, но лицо его излучало силу и несло печать прожитых лет. На нем была лишь
набедренная повязка, но носил он ее с поистине королевским достоинством.
- Ему надо поспать, - сказал он, и Аррен, оставив Сокола, подошел к нему.
- Ты - вождь этого народа, - сказал мальчик, умевший с первого взгляда распознавать
сильных мира сего.
- Да, - подтвердил человек, утвердительно кивнув. Аррен, выпрямившись, неподвижно
стоял перед ним. Наконец, темные глаза старейшины ненадолго встретились с глазами
юноши.
- Ты - тоже вождь, - заключил тот. - Да, - ответил Аррен. Ему очень хотелось
спросить, как тот догадался об этом, но юноша сохранил бесстрастное выражение лица.
- Однако здесь я служу моему господину.
Вождь обитателей плотов сказал что-то, но Аррен его не понял: обычные слова были
искажены до неузнаваемости, а упомянутых имен юноша не знал. Тогда старейшина
спросил:
- Как вы попали на Балатрен? - Мы искали...
Но Аррен не знал, как много он может рассказать и стоит ли ему вообще это делать.
Все, что относилось к их путешествию, казалось теперь таким далеким, и в мозгу
мальчика царила полная неразбериха. Наконец, он сказал: - Мы приплыли на Обехол.
Когда мы высадились на остров, они атаковали нас. Мой господин был ранен.
- А ты?
- А я - нет, - ответил Аррен. Жесткий самоконтроль, которому его научило проведенное
при дворе детство, здорово помогал ему. - С нами плыл... еще один человек, который был
слегка не в себе. Он утопился от страха...
Аррен замолк. Вождь смотрел на него своими непроницаемыми черными глазами.
Наконец, он сказал:
- Значит, вы попали сюда случайно. - Да. Мы все еще в Южном Пределе?
- Предел? Нет. Острова...
Вождь провел своей тонкой черной рукой дугу, охватывающую северо-восточный
сектор компаса.
- Острова - там, - сказал он. - Все острова. Затем старейшина указал на темнеющее за
его спиной море - с севера на юг через запад, сказав:
- Море...
- С какого ты острова, господин? - Ни с какого. Мы - Дети Открытого Моря. Аррен
взглянул на его одухотворенное лицо, затем обвел взглядом гигантский плот с храмами и
величественными идолами, каждый из которых был вырезан из отдельного бревна:
огромные богоподобные фигуры дельфинов, рыб, людей и морских птиц; посмотрел на
людей, занятых своим делом: ткущих, вырезающих, ловящих рыбу, готовящих еду на
специальных возвышениях, нянчащих детей; на другие плоты, числом не меньше
семидесяти, образовавшие на воде гигантский круг диаметром около мили. Это был
целый город: дымок курился над расположенными в отдалении домишками, ветер
разносил звонкие голоса детей. Это был город, а под ним зияла бездонная пропасть.
- Неужели вы никогда не ступаете на землю? - шепотом спросил мальчик. - Раз в год.
Мы плывем к Длинной Дюне, рубим там лес и чиним плоты. Это происходит осенью, а
потом мы следуем за серыми китами на север. Зимой мы разделяемся, и каждый плот
плавает по одиночке. Весной мы все встречаемся у Балатрена. Там ходим друг к другу в
гости, играем свадьбы, танцуем Долгий Танец. Отсюда берет начало Дорога Балатрена -
мощное южное течение. Летом мы дрейфуем к югу, влекомые этим течением, пока не
встречаем Великих - серых китов, - мигрирующих на север. Тогда мы следуем за ними, в
конце концов возвращаясь ненадолго к пляжам Эмаха на Длинной Дюне.
- Это крайне захватывающая история, милорд, - сказал Аррен. - Я никогда не слышал о
