 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
ушел. Он спал в комнате с окном, выходящим в сад. Утром окно было открыто, а сам он
исчез. Решили, что он, воспользовавшись своим умением изменять облик, превратился в
птицу или зверя, а, может даже, в туман или ветер, ибо не было облика, которого он не
смог бы принять, и устремился прочь от Рокка, возможно, отправившись на поиски
Верховного Мага. Некоторые беспокоились за него, зная, что малейшая ошибка в
заклинаниях или секундное ослабление воли может навеки оставить его в новом облике,
но они не делились своими опасениями с другими.
Словом, Совет Мудрецов не досчитался уже трех Мастеров. Шли дни, никаких
новостей от Верховного Мага не поступало, Мастер Вызова лежал как мертвец, а Мастер
Изменения и не думал возвращаться. Большой Дом постепенно охватывали стих и
уныние. Мальчики шептались друг с другом, некоторые из них намерились покинуть
Рокк, ибо они считали, что здесь их не могут научить ничему полезному.
- Скорее всего, - сказал один, - все эти секретные приемы и заклинания изначально
построены на лжи. Из всех Мастеров лишь Мастер Руки продолжает показывать свои
фокусы, а они, как все мы знаем, всего лишь иллюзия. А остальные учителя прячутся или
отказываются демонстрировать что-либо, потому что их фокусы неминуемо будут
разоблачены.
- В сущности, что такое волшебство? - подхватил другой. - В чем состоит искусство
магии, если из него убрать трюки с иллюзиями? Спасает ли оно людей от смерти или, хотя
бы, продлевает им жизнь? Если бы маги имели ту силу, которую им приписывают, они,
конечно же, жили бы вечно!
И они стали вспоминать, как умирали великие маги: Морред сложил голову на поле
брани; Нерегер был убит Серым Магом; Эррет-Акбе погиб в схватке с драконом; Ганчер,
последний Верховный Маг, вообще скончался от старости в собственной постели, как
простой смертный.
Юноши с завистливой душой одобрительно поддакивали, другие слушали их с болью в
сердце.
Все это время Мастер Образов оставался в Роще и никого туда не пускал.
Лишь Привратник не изменился, хотя он редко показывался на людях. В его глазах не
было и тени сомнения. Он улыбался и охранял вход в Большой Дом, ожидая возвращения
своего господина.
10. ДРАКОНЬЯ ТРОПА
На дальней границе Западного Предела, посреди Открытого Моря, Повелитель
Острова Мудрости проснулся от холода ранним ясным утром в маленькой лодке, сел,
потянулся, расправив онемевшее тело, и зевнул. Спустя мгновение ой крикнул своему
зевающему партнеру, указывая на север:
- Там! Два остром, видишь их? Это самые южные острова Драконьей Тропы.
- У вас соколиный глаз, господин, - пробормотал Арен, вглядываясь в море на
горизонте сквозь пелену сна и не видя ничего.
- Поэтому я - Сокол, - заметил маг. Казалось, что он по-прежнему пребывал в хорошем
расположении духа, отбросив раздумья и дурные предчувствия. - Неужели ты их не
видишь?
- Я вижу чаек, - сказал Арен после того, как протер глаза и внимательно изучил
голубовато-серую линию горизонта прямо по курсу лодки.
Маг рассмеялся.
- Даже сокол не увидит чаек с расстояния в двадцать миль. Когда солнце поднялось
над заволокшим восток туманом, крошечные кружащиеся блестки, которые привлекли
внимание Аррена, казалось, засверкали, словно золотая пыль над водой или скопище
солнечных зайчиков. И тут юноша понял, что это - драконы.
