 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
встретились с ее взглядом. - Может, мне следовало умереть, когда я появился на свет из
чрева матери. Тогда Ииркан стал бы императором. Может, судьба обманула нас? -
Судьбу невозможно обмануть. Что произошло, тому и следовало произойти, потому что
так хотела судьба - если она существует на самом деле и если действия и поступки людей
подчинены ей, а не просто являются ответом на другие действия и поступки.
Эльрик чуть иронически улыбнулся и вздохнул.
- Тоя логика приводит тебя почти к кощунству, Каймориль, если мы останемся
верными тра26
дициям Мельнибонэ. Может, было бы лучше, чтобы
ты вообще забыла обо мне. - Ты начинаешь быть похожим на моего брата, - засмеялась
она. - Ты что, тоже испытываешь силу моей любви к тебе, мой повелитель?
Он вновь подошел к лошади, собираясь вскочить в седло.
- Нет, Каймориль, но я советую тебе испытать эту любовь самой, потому что чувствую,
что в этой любви скрывается какая-то трагедия.
Тоже вскочив в седло, она улыбнулась. - Ты во всем видишь несчастья. Неужели ты
не можешь принимать хорошее, когда оно тебе дается? И так это случается довольно
редко.
- Да, с этим я согласен.
Они одновременно повернули головы, услышав позади себя стук копыт. Довольно
далеко они увидели двух всадников, в растерянности озирающихся вокруг. Это были
солдаты охраны, которых любовники оставили за собой, желая побыть наедине.
- Пойдем! - вскричал Эльрик. - Через лес и за тот холм - они никогда не найдут нас там.
Они пришпорили лошадей и сквозь лес галопом вылетели на холм, пронеслись вниз по
другому склону, через равнину, где расли кусты нойделя с его красивыми ядовитыми
ягодами, сверкающими пурпурно-голубым цветом - цвет ночи, который даже дневной
свет не в силах затмить. В Мельнибонэ росло много таких странных ягод и трав, и
благодаря некоторым из них Эльрик оставался в живых. Другие использовались для
лечебных снадобий, которыми многие века пользовались предки Эльрика. Сейчас мало
кто из мельнибонийцев покидал Имррир для сбора трав. Только рабы ходили почти по
всему острову в поисках корней и стеблей кустарника, который давал людям
великолепные и ужасные сны, потому что именно в снах дворяне Мельнибонэ находили
большинство удовольствий. Они всегда были угрюмой, молчали 27 вой, обращенной
внутрь себя расой, и именно по
этой причине Имррир называли Городом Мечты. Здесь даже рабы жевали ягоды, которые
приносили забвение, а следовательно, их легче было контролировать, потому что они
зависели от своих сновидений. Только один Эльрик отказывался от такого рода
наркотиков, может быть, потому, что он и так принимал множество других трав, чтобы
остаться в живых.
Одетые в желтую форму всадники давно уже скрылись из виду, и, проскакав всю
равнину с кустами нойделя, они замедлили бег коней и, наконец, под'ехали к скалам.
Внизу ярко сверкающее море разбивало свои волны о белый песок пляжа. Морские
птицы парили в ясном небе, и крики их доносились издалека, как бы подчеркивая это
чувство покоя, которое сейчас овладело Эльриком и Каймориль. В молчании они
направили коней по крутым тропинкам, ведущим к берегу, а там привязали их и пошли по
белому песку, а волосы их - его белые и ее цвета воронова крыла - развевались на
восточном ветру.
Они нашли большую сухую пещеру, которая ловила звуки моря и отражала их
негромким эхом. Они сняли с себя свои шелковые одежды и стали
нежно ласкать друг друга в тени пещеры. Они продолжали лежать друг у друга в об'ятиях,
когда
наступил теплый день, и ветер утих. Затем они искупались, наполняя чистое небо своим
смехом. Когда они обсохли на солнце и снова оделись, на горизонте потемнело, и Эльрик
