 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
Караван медленно шел по восточным склонам Рифейских гор на северо-восток.
Уверенность -- уверенностью, но испытывать
понапрасну судьбу Айзия не хотел и предпочитал держаться подальше от Бусурманских
степей. Александр так до конца и не смог
разобраться в сложных взаимоотношениях аримаспов с остальным миром. Что-то тонкое,
неуловимые нюансы все время ускользали, и он ощущал недоброе в этой тайне.
Да и самом караване многое оставалось для Александра непонятным. Кто же направлял
его путь? Пухлый улыбчивый Айзия? Или сумрачный Гелайм? Был еще третий
претендент на главенство -- Манайя. Колдун Манайя. При первой встрече с ним на
Александра дохнуло сыростью и холодом, как из глубокого погреба. Манайя, подобно
начальнику
стражи, с первого взгляда невзлюбил Александра. Во всяком случае тому привелось пару
раз слышать, как он перепирался с Айзией,
требуя изгнать пришельцев. Но старшина каравана твердо стоял на своем.
Вообще странный это был караван. Порой Александру казалось, что они плывут в жаркую
Африку к голым дикарям и везут им топоры и
бусы. Во всяком случае аримаспы говорили о предстоящей торговле именно в таких
тонах. Они глубоко презирали глупых ойков -- так называлось племя, с которым они
намеревались торговать. Но для
чего тогда такая сильная охрана? Ни ситец, ни то, что на него
можно выменять, не требуют такого внимания. Да и сам Айзия меньше всего походил на
торговца бусами. Такие не получают тамгу с
серебряным соколом. Жирненький старшина каравана был для
Александра ожившей иллюстрацией к слову "меняла". Крохотная лавочка, звон золотых
монет, блеск драгоценных камней -- в такой обстановке Айзия выглядел как дома. Да и
тамга была бы там к
месту. Но вдруг временами Айзия начинал говорить языком
царедворца-фаворита, жестко и требовательно. И тогда хмурый Гелайм и таинственный
Манайя, скрипя зубами, подчинялись. Хотя, конечно,
не тамга была тому причиной.
Что Манайе какая-то пластинка? Колдун всего лишь раз показал свои возможности, но
этого было достаточно. Орда степняков (все-таки
напоролись) решила, что караван может послужить хорошей добычей.
Всадники в грязных тулупах, размахивая кривыми саблями, с истошными воплями
бросились на аримаспов. Стражники Гелайма показали отменную выучку и завидное
хладнокровие. Без шума и толкотни мулы были отогнаны в лощину между холмами,
которую тут же перегородили забором из рогаток. Стражники подняли тяжелые
арбалеты и приготовились встретить грабителей ливнем смертоносных стрел, как вдруг
вмешался Манайя. До сих пор он с брезгливой миной следил за приготовлениями людей
Гелайма, но теперь решил начать
действовать сам. Может быть, он хотел избежать малейшего риска, неизбежного при
рукопашной схватке.
Колдун вышел навстречу несущейся орде, снял с пояса замшевый мешочек и подбросил в
воздух три горсти сине-серого порошка. Перед ним повисло полупрозрачное облачко.
Колеблемое слабым ветерком,
оно поплыло навстречу бусурманам, медленно опускаясь.
