 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
изумрудов и застонал сквозь зубы. Попасться так глупо! Как он мог не узнать
характерный отблеск колдовских камней и
угодить в ту же ловушку!
Манайя довольно ухмыльнулся.
-- Ты угадал. На сей раз ты попался крепко! Уж теперь мы не упустим зверя из капкана.
Проклятье! Как раз перед тем, как идти сюда, он отдал небесные смарагды Ратибору. Ведь
только они разрушают чары отравленных
камней. И что самое скверное -- Ратибор тоже может попасться в лапы этих же негодяев.
Айзия, видя его помертвевшее лицо, истолковал страх Александра по-своему.
-- Бойся, трепещи. Мы отдадим тебя бусурманам. Не даром же пресветлый тэйн пообещал
заплатить за тебя золотом вес к весу! Он разыскивает людей, погубивших
Ослепительного, чтобы содрать с них кожу.
Один из степняков махнул рукой и каркнул:
-- Нет. Великий тэйн передумал. Он милостив и просто отдает этого человека брату
Ослепительного. Если почтенный вождь будет добр и
отпустит своего врага, то пресветлый тэйн не станет вмешиваться.
Айзия весело заржал.
-- Я полагаю, Светозарный не только не покарает наглеца, но и наградит его. Как не
полюбить человека, подарившего тебе несметные отцовские табуны. Ведь у
Ослепительного не было сыновей.
-- Я тоже так думаю, -- ухмыльнулся степняк. -- Светозарный не пожалеет расплавленного
золота, чтобы залить ему глотку.
Александр слушал их болтовню, прикидывая, сможет ли как-то освободиться. Однако
степняки не были расположены терять время в пустых беседах. Они поднялись и подошли
к Александру.
-- Вставай!
Он пружинисто взвился в воздух, ударив одного из них локтем в лицо. С пронзительным
воплем степняк отлетел прочь. Кровь из
разбитого носа окатила аримаспов. Но второй бусурман клещом
вцепился в плечо Александра, одновременно содрав у него с пояса саблю. Александр
сумел стряхнуть и его.
Перепуганный Айзия, прикрываясь подушкой, заверещал:
-- Это не я! Не я!
Александр рванулся к выходу из шатра, но увидел, как Манайя делает руками пассы, и
одновременно почувствовал, что кандалы начинают
нагреваться. Тогда он бросился на колдуна. Тот поднял руки,
пытаясь прикрыться, но удар тяжелой бронзы раскроил ему голову.
-- Получи, сволочь!
Вдруг что-то черное заволокло глаза, и свет померк.
Когда Александр пришел в себя, кругом было темно. Уже ночь или все еще ночь? Он
предположил, что "уже". Ныли скрученные руки и ноги.
