 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
реку и вернуться на восточный берег?
Но если у них нет с собой собак, они поедут вдоль берега, а тут и я. Я не знал, на что
решиться. Несомненно, они приведут собак. По рассказам Арно я знал, что норманны
почти всегда охотятся с собаками. Да и как иначе им отыскать меня?
Я еще с полмили проехал по западному берегу, чтобы подальше уйти от причала, с
которого меня могли увидеть. Потом вернулся на берег и снова вошел в воду. Через три-
четыре минуты мы снова были на восточном берегу и на дороге. И еще в течение пяти
минут все было прекрасно.
А потом в пятидесяти футах передо мной из леса вышло четверо. Это не люди Ролана:
я их никогда раньше не видел. Они улыбались, но совсем не дружески. Все были в
кольчугах, шлемах и с мечами. Двое держали слегка согнутые луки, стрелы наложили на
тетиву. Третий держал щит и копье, вероятно, на случай, если я нападу сам. Четвертый, в
одеянии поверх кольчуги, казался предводителем. В одной руке у него был меч, в другой
щит.
Автоматически я оглянулся через плечо и увидел за собой еще двоих. Их шестеро!
По-видимому, ищут добычу покрупнее, но я сойду в качестве закуски. Они вовсе не
похожи на оборванных разбойников Прованса. Больше на рыцарей, ставших вне закона. Я
вспомнил, как Арно рассказывал, что отец Ролана был убит в схватке с речными
пиратами. Может, это они и есть.
- Остановись и слезай с лошади! - крикнул предводитель.
Нужно действовать быстро, или я погиб. Может, и так уже поздно. Я остановил
лошадь, но когда моя нога коснулась дороги, бластер уже был у меня в руке. Я дважды
выстрелил в людей перед собой, в то же время отпрыгнув в сторону. Укрываясь в кустах
вдоль дороги, я увидел, как упал предводитель.
Но что за парни! Их должен был смертельно испугать бластер. Еще одно отличие
норманнских воинов от оборванных бандитов Прованса. Если я останусь на месте, они
меня убьют.
Я пополз вперед и увидел одного, он целился из лука. Я выстрелил, полетели ветки,
куски коры и человеческого тела, а стрела просвистела высоко в листве. Еще одна стрела
вонзилась всего в нескольких дюймах от меня, будто у стрелка рука дрогнула от
неожиданного звука выстрела. Я упал за толстый ствол с гладкой серой корой и
мгновение лежал неподвижно. Никого не видно, а парни за мной, возможно, тихо
приближаются.
Я не помнил, сколько зарядов осталось в бластере, поэтому сунул его в кобуру, достал
станнер, настроил его на полную мощность и на широкий луч. Теперь мы достаточно
сблизились, и он достанет. Потом вскочил и побежал в ту сторону, откуда прилетела
последняя стрела.
Лучник услышал меня и выступил с луком наготове, натягивая при этом тетиву. Я упал
на живот и проехал по земле, в то же время стреляя из станнера. Стрелу я так и не увидел:
должно быть, пролетела надо мной. Норманн ударился о соседнее дерево и скользнул на
землю. Значит, с четырьмя впереди покончено. Я встал и пробежал вперед еще
шестьдесят-восемьдесят футов.
Потом, так как ничего не происходило, я присел за толстым деревом, тяжело
отдуваясь, и посмотрел назад, туда, откуда прибежал. Насколько я знаю, сзади не менее
двух. Чтобы вернуться к лошади, мне нужно идти туда. Но я не знал, насколько они
близко, поэтому сунул станнер за пояс, снова взял в руку бластер и пошел назад,
пригибаясь, готовый в любую минуту выстрелить. Дорога оставалась в нескольких ярдах
слева от меня, и я решил выйти на нее: вдруг они решили убежать и прихватить с собой
мою лошадь.
Я правильно поступил. Двое из них несли третьего, раненого, к лошади. Они
достаточно цивилизованы, чтобы не бросить раненого товарища. Я вышел на дорогу,
держа наготове бластер, и велел им поворачиваться и уходить.
