 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
- Да, кажется, я понимаю, куда ты клонишь... Чем же будет заниматься наша компания?
- Оперативной передачей информации на большие расстояния - гораздо быстрее, чем
может сделать это гонец. У меня на родине такую связь называют семафорным
телеграфом. Разумеется, компания будет взимать плату с частных пользователей... Ну и
совсем нелишне, если ты сумеешь добиться дотации из королевской казны - под тем
предлогом, что подобное новшество повысит обороноспособность государства.
Гонорий задумался.
- Сейчас я ответа не дам. Мне надо все хорошенько взвесить, посоветоваться с
друзьями... Ты же пока останешься на попечении Лютеция.
Пэдуэй широко ухмыльнулся,
- Господин, говорят, твоя дочь на следующей неделе выходит замуж? - Что с того?
- Моя газета могла бы дать с торжества красочный репортаж; список почетных гостей,
описание прекрасной невесты, ну и все прочее.
- Гм-м, недурно... Да, недурно.
- Тогда не следует меня задерживать. Жечь, если такое грандиозное событие не
получит освещения в печати лишь потому, что издатель в то время сидел в тюрьме!
Гонорий поскреб подбородок и криво усмехнулся. - А ты не так глуп, как можно
ожидать от варвара... Тебя освободят немедленно.
- Премного благодарен, господин. Хочу добавить, что если жалоба на меня будет
отклонена, я с еще большим воодушевлением смогу воздать хвалу дивному обряду
бракосочетания твоей дочери. Мы, люди творческие...
Удалившись от тюрьмы на порядочное расстояние, Пэдуэй глубоко вздохнул. Он весь
был покрыт потом - и вовсе не от жары.
Едва уладив насущные дела, Мартин надолго заперся с Томасусом, и, когда на
Длинной улице появилась процессия паланкинов" на которых прибыли Гонорий и еще
четыре сенатора, был готов к приему высоких гостей. Сенаторы не просто дали согласие,
но даже искренне загорелись стремлением вложить в проект свои деньги, особенно после
того, как Пэдуэй показал им красивые, только что отпечатанные акции. Правда, у
патрициев были довольно своеобразные взгляды на деятельность компании.
Один из сенаторов ткнул Пэдуэя кулаком в бок и хитро улыбнулся: - Дорогой
Мартинус, надеюсь, ты не собираешься на самом деле строить эти глупые башни?
- Вообще-то... Сенатор подмигнул. - Понимаю, придется возвести парочку для
отвода глаз, чтобы можно было выгодно продать наши акции. Но ведь мы-то знаем, что
это обман, не так ли?
Пэдуэй не стал вступать с ним в спор, Не удосужился он также и объяснить, почему
Томасус-сириец, Эбенезер-еврей и Вардан-армянин взяли каждый по восемнадцать
процентов акций. Сенаторы, возможно, удивились бы, узнав, что три банкира заранее
условились принимать решения совместно и по указанию Пэдуэя. Таким образом, имея в
своем распоряжении пятьдесят четыре процента акций, Мартин получил полный контроль
над компанией.
Он твердо вознамерился добиться успеха, в первую очередь возведя линию сигнальных
башен от Неаполя через Рим до Равенны и используя получаемую информацию в газете.
Вскоре возникла первая проблема: чтобы вложенные деньги хоть когда-нибудь могли
принести прибыль, башни надо располагать как можно дальше друг от друга.
Следовательно, нужны телескопы; следовательно, нужны линзы. Но где их взять?
Конечно, ходили слухи об изумительном лорнете императора Неро...
Пэдуэй отправился к Секстусу Дентатусу - жабоподобному ювелиру, обменявшему его
лиры на сестерции. Тот посоветовал обратиться к некоему Флориану-стекольщику.
Из недр маленькой темной мастерской вышел, обдавая все вокруг винным запахом,
светловолосый мужчина с длинными поникшими усами. Да, когда-то в Кельне у него был
собственный стекольный заводик, но в Рейнских землях дела идут плохо. Знаете, тяготы
жизни под франками, неуверенность в завтрашнем дне... Он прогорел. А теперь еле-еле
