 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
рискнуть.
- У Велизария около десяти тысяч солдат. Две тысячи он оставит в Неаполе и других
южных городах, однако все равно сохранит некоторый численный перевес. Хочу
заметить, что отважный Виттигис ударился в бегство, имея в своем распоряжении
двадцать тысяч человек.
Лиудерис смущенно пожал плечами.
- Верно, это не назовешь мудрым ходом. Но он ожидает подкреплений из Галлии и
Далмации.
- Твои люди готовы к ночным атакам? - спросил Пэдуэй. - К ночным атакам? Ты
имеешь в виду - нападать на противника ночью? Нет. В жизни ничего подобного не
слышал. Сражения всегда происходят днем!
- То-то и оно. Поэтому ночная атака имеет все шансы на успех. Правда, надо будет
специально потренироваться. Необходимо выставить на дорогах патрули и не пропускать
людей, которые могли бы разнести вести до Равенны. Кроме того, мне нужны опытные
строители катапульт. Да, и еще: назначь меня в свой штаб - у тебя штаб есть? Пора
обзаводиться! - с приличествующим положению окладом...
Пэдуэй лежал на вершине холма и наблюдал в подзорную трубу за византийцами.
Греческий авангард состоял из нескольких сот конных гуннов, за которыми стройной
колонной шли две тысячи кирасиров - самых грозных солдат в мире; низкое вечернее
солнце поблескивало на пластинах их кольчуг, Затем следовали тысячи три пеших
лучников, и замыкали войско еще две тысячи кирасиров.
Лиудерис, лежащий рядом с Пэдуэем, сказал: - Ja, ja, вижу какой-то сигнал. По-моему,
они ставят лагерь. Мартинус, как ты догадался, что они выберут именно это место?
- Элементарно. Помнишь маленькое устройство, которое крепится к колесу фургона?
Оно измеряет пройденный путь. А зная точку отсчета и сколько греки проходят в день,
остальное вычислить несложно.
- Поразительно! Ты обо всем ухитряешься подумать! - Большими доверчивыми
глазами Лиудерис напоминал Пэдуэю святого Бернарда. - Велеть инженерам
устанавливать "Брунгильду"?
- Пока не торопись. Когда зайдет солнце, мы определим расстояние до лагеря.
- Но как это сделать, чтобы при этом нас не увидели? - В свое время покажу. А пока
проследи за тишиной и порядком. Лиудерис нахмурился.
- Моим людям не по нраву холодный ужин, Если не стоять у них над душой, кто-
нибудь обязательно разведет костер.
Пэдуэй вздохнул. Он уже порядком намучился с темпераментными и
недисциплинированными готами. Сегодня они, словно маленькие ребятишки, безудержно
восторгаются планами Загадочного Мартинуса, как его называли, а завтра могут
бунтовать против введения строгих правил. Пэдуэй справедливо считал, что ему самому
не следует командовать, поэтому отдуваться приходилось Лиудерису.
Византийцы быстро и умело разбили лагерь. Вот настоящие солдаты! Готам долго еще
учиться подобной слаженности. Какой, к примеру, шум поднялся, когда Пэдуэй
потребовал людей на обслуживание катапульт. Управляться с катапультой - не мужское
занятие, оно, видите ли, не к лицу настоящему воину!.. Чтобы высокородные копейщики
сражались пешими, словно толпа рабов?!. Пэдуэй разлучил их с лошадьми хитроумным
путем: он. точнее по его наущению Лиудерис, объявил о формировании специального
отряда, куда будут приниматься только лучшие из лучших, и добавил, что впоследствии
кандидаты будут даже платить за вступление.
Темнело. В подзорную трубу едва различался генеральский штандарт над большим
шатром. Возможно, одна из фигурок около него - Велизарий. Был бы сейчас пулемет... Но
зачем зря мечтать, пулемета нет и не будет; удастся со временем сделать заряжаемый со
ствола мушкет - и то огромное достижение.
На штандарте виднелись буквы: "СНР" - сенат и народ Рима. Армия наемников,
