 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
известно, что дуэль запрещена законом. По-прежнему благодушно-наглый, Теодегискель
ухмыльнулся:
- Известно, известно. Но запомни; я буду издавать законы. Считай, что тебя
предупредили. Вот уж чего у меня...
Пэдуэй не дослушал очередную тираду Теодегискеля в честь собственных
неисчерпаемых достоинств, а выскочил за дверь, дрожа от ярости и унижения. Когда он
закончил себя ругать последними словами и надумал вызвать личный отряд византийских
наемников, было уже поздно. Теодегискель собрал вокруг постоялого двора огромную
толпу приверженцев, и разогнать их могло только крупномасштабное сражение. К тому
же, прознав о случившемся, Урия начал бормотать что-то о благородстве и
справедливости.
На следующий день, тяжело отдуваясь, в кабинет Пэдуэя ввалился Томасус-сириец.
- Как поживаешь, Мартинус? Не хотел пропустить ничего интересного, вот и приехал
из Рима. Со мной вся моя семья. Это говорило о многом, ибо семья банкира состояла не
только из его жены и четырех детей, но и из престарелого дяди, племянника, двух
племянниц, а также черного раба Аякса с женой и детьми.
- Спасибо, дружище, - ответил Пэдуэй. - У меня все хорошо. Точнее, будет хорошо,
когда я, наконец, найду возможность отоспаться. Как твои дела?
- Прекрасно! Для разнообразия все идет на редкость гладко. - А как поживает твой
друг Господь? - спросил Пэдуэй с серьезным лицом.
- Тоже... Ах ты богохульник несчастный! Ладно, это обойдется тебе в лишний процент
на следующий заем!,. Что скажешь о выборах?
- Возникли осложнения. Теодегискель пользуется мощной поддержкой среди
консервативных готов, которые недолюбливают таких "выскочек", как Виттигис и Урия,
всего добившихся своими силами. Аристократия считает, что Амалинг по рождению даст
сто очков вперед любому...
- Сто очков вперед? А, понимаю! Ха-ха-ха! Надеюсь, Господь тебя слышит. Может, у
Него улучшится настроение, и Он решит не. насылать на кого-нибудь чуму или
землетрясение.
- К тому же Теодегискель оказался вовсе не глуп, - продолжал Пэдуэй. - Едва приехав
в город, он сразу отправил своих дружков срывать наши плакаты и даже расклеил свои
собственные. Разумеется, там и смотреть-то не на что, но удивительно, что он вообще до
этого додумался. Уже были кулачные бои и один случай поножовщины; к счастью, до
убийства не дошло. Ты знаешь Дагалайфа, сына Невитты?
- Имя слышал...
- Он не имеет права голосовать. Городские власти слишком перепуганы, чтобы
следить за порядком, а использовать собственную стражу я остерегаюсь из боязни
настроить готов против "чужеземцев". Пришлось путем шантажа заставить городских
отцов нанять Дагалайфа и других не участвующих в выборах офицеров в качестве
временных сотрудников полиции. Невитта на нашей стороне, поэтому не знаю, насколько
Дагалайф будет соблюдать нейтралитет, однако надеюсь, что эта мера спасет нас от
кровопролития.
- Чудесно, чудесно, Мартинус. Смотри только, не переусердствуй. Некоторые готы
считают твои методы чересчур смелыми. Я попрошу Господа быть особо внимательным к
тебе и твоему кандидату. За день до выборов Теодегискель проявил недюжинную
политическую смекалку и устроил грандиозный прием, куда более роскошный, чем прием
Урии. Пэдуэй, пожалевший не очень тугой кошелек Урии, приглашал только
избирателей. Теодегискель, унаследовавший огромное состояние отца и его богатейшие
тосканские поместья, пригласил избирателей, их семьи и их друзей.
Пэдуэй, Урия и Томасус, а также личная охрана первого, приближенные второго и
семья третьего пришли к месту сбора в пригороде Флоренции сразу после начала
торжеств. Над полем, усеянным тысячами готов всех возрастов и габаритов, разносился
