 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
недалеко от моста. Я вздохнул с облегчением. Хорошо! Почти так же хорошо, как если б
мы увидели коммуникационную башню Кинвета. Я принялся готовить завтрак на
походной плите. Горячая пища ознаменует праздничный выход из пещер. Один за другим
поднимались остальные, так же, как и я, готовые тут же продолжить путь. На станции
должен быть флиттер. Если все в него не войдут, Аннет возьмет с собой Дагни и всех,
кого еще сможет, а остальным придется ждать второго рейса. Я думал о будущем и вдруг
вспомнил. Мы вышли из тьмы на свет, но что произошло здесь? Может, мы здесь в
большей опасности, чем в пещерах. Я велел всем быть поосторожнее. Не думаю, чтобы
все были со мной согласны, и поэтому отдал ясный приказ, хотя не знал, будут ли они
повиноваться.
- Мы не знаем, что произошло. Для собственной безопасности мы должны это узнать.
Возможно, сюда просто не дошли разрушения. Я надеюсь добраться до штаб-квартиры
Анлав. Там есть коммуникатор, и мы узнаем больше. Но идти нужно осторожно.
Кое-кто кивнул. Я ожидал возражений Аннет, но их не было. Она слегка улыбнулась и
сказала:
- Хорошо. Я согласна. Но чем скорее мы узнаем, тем лучше. Я удивился тому, что она
изменила позицию. Неужели поверила, что Лугард говорил правду, и мы снаружи найдем
опасность, а не помощь и комфорт? Но у меня не было возможности расспросить ее.
Вновь мы погрузились на плот и поплыли. Течение здесь было медленным, и нам с Тедом
все время приходилось отталкиваться шестами, пока мы не устали. Тогда Аннет передала
Дагни Прите, а сама с Гитой заняла мое место, а Эмрис и Сабиан - место Теда. Как мы ни
старались, к темноте мы не достигли моста.
Река, которая текла теперь между красноватыми берегами, приобрела знакомый мне
оттенок. Снова мы разбили лагерь, встали на рассвете и взялись за шесты. Поздним утром
мы увидели мост. Причалив к берегу, мы укрыли большую часть груза, взяв с собой лишь
походное снаряжение. Гита, Аннет, Дагни, Айфорс, Дайнан и Прита укрылись в кустах,
Сабиан остался часовым, а мы втроем пошли вперед. На дороге не было свежих следов.
Здесь обычно пользовались наземными машинами. Хопперы распугивали животных.
Недавняя непогода оставила на дороге полосы красной грязи, подсыхавшей и
трескавшейся на полуденном солнце. Никаких следов, кроме нескольких отпечатков лап
животных. Эта нетронутая дорога тревожила, и я заметил, что держу в руках станнер -
тот, что принадлежал Аннет, - посматривая то вправо, то влево, то оглядываясь, как будто
боюсь внезапного нападения из кустов.
10
Это ведь самый большой заповедник? Тед приблизился ко мне, говорил он негромко,
как будто разделял мои опасения. Эмрис шел по середине дороги и немного сзади.
- Да, Анлав. Я не думал, что нам нужно опасаться животных. Они держатся в самых
диких местах заповедников. Впрочем, о мутантах, которые жили здесь, этого я сказать не
мог. Анлав некогда был самой главной из горных лабораторий. Но это было несколько
лет назад. Сокращение работ заставило на время перевести их центр в заповедник Пилав.
Мы миновали поворот и увидели станцию рейнджеров. Подобно всем остальным постам,
она сознательно была построена так, чтобы сливаться с местностью. Стены - из грубых
необработанных камней. На крыше, как на обычном холме, растут терн и виноград, гараж
прячется за кустами.
Я приложил ко рту руки и издал опознавательный крик. Мы с растущим нетерпением
смотрели на дверь станции. Никакого ответа. Ничего не оставалось, как подойти в
открытую. Если силовое поле включено, мы об этом вскоре узнаем. Предупредив
мальчиков, я пошел вперед, вытянув руки. Животные, натыкающиеся на силовое поле,
испытывают, как мне говорили, слабый шок. Я не знал, как оно подействует на человека.
