 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
За столом в противоположном конце зала, окруженный секретарями, сидел Его
Превосходительство, губернатор Одиноких Островов. Гумпас выглядел постоянно
раздраженным человеком. Волосы его когда-то были рыжими, а теперь по большей части
стали седыми.
Гумпас поднял глаза, когда вошли незнакомцы, но тут же снова уставился в свои
бумаги, механически повторяя: "Никаких встреч без предварительной записи: только от
девяти до десяти утра по вторым субботам".
Каспиан кивнул Берну и отошел в сторону. Берн и Дриниэн сделали шаг вперед и
взялись каждый за край стола. Они подняли его и бросили через весь зал. Стол
перевернулся. В воздух поднялись тучи писем, досье чернильниц, ручек, воска для
печатей и документов. Затем, не грубо, но твердо, как будто руки их были стальными
клещами, они вынули Гумпаса из кресла и поставили лицом к нему на расстоянии
примерно четырех футов. Каспиан тут же сел в кресло и положил на колени обнаженную
шпагу.
- Милорд, - сказал он, глядя на Гумпаса в упор, - Вы приняли Нас не совсем так, как
Мы ожидали. Мы - король Нарнии.
- В корреспонденции не было ни слова об этом, - ответил губернатор. - В докладах
тоже. Нас не извещали ни о чем подобном. Все не по правилам. Буду рад рассмотреть
любые заявления...
- Итак, мы прибыли проверить, как ведутся дела Вашим Превосходительством, -
продолжал Каспиан. - По двум пунктам я требую особого объяснения. Во-первых, я не
нашел никаких документальных подтверждений тому, что на протяжении вот уже ста
пятидесяти лет король Нарнии получал дань, причитающуюся ему с этих Островов.
- Этот вопрос надо будет поднять на Совете в следующем месяце, - сказал Гумпас. -
Если сочтут нужным создать комиссию для его расследования, которая подготовила бы
доклад об истории финансов этих островов к первому заседанию в будущем году, ну,
тогда, конечно....
- Я также обнаружил, что в наших законах черным по белому записано, - продолжал
Каспиан, - что, если дань не уплачивалась, то вся задолженность должна быть возмещена
губернатором Одиноких Островов из его собственного кошелька.
Тут Гумпас заинтересовался. - Ну, об этом не может быть и речи, - сказал он. - Это
экономически невозможно - э, Ваше Величество, должно быть, шутит.
Про себя он размышлял, нет ли какого-нибудь способа избавиться от этих
непрошенных гостей. Если бы он знал, что у Каспиана только один корабль и один отряд,
он бы, конечно, постарался усыпить их бдительность ласковыми речами, надеясь ночью
окружить и перебить их всех. Но накануне он видел в проливе военный корабль, и прочел
сигналы, передаваемые, как он предположил, эскорту. Он тогда не знал еще, что это
королевский корабль, так как знамя не развевалось из-за отсутствия ветра и не был виден
золотой лев на нем, поэтому он решил ожидать дальнейшего развития событий. И теперь
он подумал, что Каспиан собрал весь свой флот в Бернстеде. Гумпасу никогда бы не
пришло в голову, что кто-нибудь может осмелиться покорять острова с отрядом всего
лишь из пятидесяти человек, сам он на такое был, конечно же, неспособен.
- Во-вторых, - сказал Каспиан, - я хочу знать, почему с Вашего разрешения здесь
процветает эта ужасная и противоестественная работорговля, наперекор древним законам
и обычаям Наших доменов?
- Необходимо, неизбежно, - забормотал Его Превосходительство. - Это существенная
часть экономического развития островов, уверяю Вас. Наш теперешний рост
благосостояния зависит от этого.
- Зачем Вам нужны рабы?
- На экспорт, Ваше Величество. В основном, мы продаем их калормэнцам; но у нас
есть и другие рынки сбыта. Мы сейчас являемся центром работоторговли.
- Иначе говоря, - сказал Каспиан, - вам они не нужны. Скажите мне, для чего
