 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
Дэни, я чувствовал.
Кем был этот Рауль? Как только он у нас появился, я попытался выяснить это, но его
неразборчивый овернский диалект оказался мне недоступен. Когда я видел его через
оконное стекло строгающим свои деревяшки и похожим на раскормленное чучело, меня
охватывала безмерная злость. Мошенник он или просто деревенщина? Многими часами
самодовольно, с тупой настойчивостью восседал он здесь, подобно гигантской жирной
мухе, почти неподвижно. От злости у меня сжимались кулаки. "Если бы я его сейчас
схватил, - приходила шальная мысль, - если бы я только поймал его с поличным, я бы
задавил его... "
Если бы я смог его схватить... Да... У меня было смутное представление о том, что
произошло бы дальше. Но и только. А что касается доказательств... этот омертвевший
урод действительно кровопийца, способный выкачивать из моего мальчика жизненные
силы, здоровье и духовную стойкость, то как он это делает? Вопрос скорее всего пустой, и
все же я считал, что должно быть какое-то разумное объяснение.
В течение дня они были под моим наблюдением. И я с трудом верю, что Дэни
принимал своего приятеля в спальне или наоборот. В конце концов Рауль вернулся к себе
на второй этаж, а я, на всякий случай, предпринял меры против возможных ночных
встреч. Однако как только начинало темнеть и до полуночи дом наполнялся шумом и
странные явления не прекращались. В некоторой степени это вписывалось в мою теорию.
Я слышал, что полтергейст - это следствие избытка жизненных сил и энергии. Именно
когда Дэни был на подъеме, а Рауль оказывался не готов "обескровить" его, вокруг моего
мальчика чаще всего и происходили всякие чудеса. Так что полтергейст сам по себе был
понятен и потому казался незначительным пустяком.
Неужели прошло всего пять недель с момента появления Рауля?
В эту пору я сильно страдал бессонницей. Когда же я под утро засыпал, меня
преследовали жуткие сны.
Один из них мне особенно запомнился. Я видел себя во Франции, и Сесиль была со
мной. Она пересказывала одну из легенд своей родной провинции и упорно старалась
привлечь мое внимание к отрывку в книге. Мы стояли у широкого окна. Перед нашим
взором на много лье простирался сложный силурийский ландшафт Оверна. Странным
было то, что Сесиль держала книгу перед собой и ожидала, что я буду читать ее сквозь
обложку и плотную пачку страниц. Во сне я каким-то чудесным образом мог это делать.
Из одной фразы, которую я прочитал по ее настоянию, могу привести лишь несколько
слов: "... восторжествует над... " Я был почти готов расшифровать остальное, но книга
внезапно выпала из рук моей жены, а передо мной открылось не ее лицо, а... пустота. С
криком ужаса я проснулся.
Но это было только сном. Возможно, перед тем, как заснуть, я вспомнил вопрос
Годериха о возможной связи Рауля с семьей Сесиль. Этот вопрос не давал мне покоя и
порождал дурные предчувствия.
Какие? Пока мне с трудом удавалось сохранять видимость нормальной жизни. Развязка
близилась. "Если бы я мог поймать его с поличным, - эту фразу я беспрестанно повторял. -
Если бы я только смог... "
И однажды я сделал это.
Как-то в полдень в октябре Дэни вместе с неразлучным приятелем сидел на открытой
веранде. Устав, очевидно, От болтовни, Дэни взял книгу. Это была детская книжка,
которая стояла раньше на полке в детской. Меня слегка удивил его интерес к книжке для
малышей. Мне казалось, что Дэни уже давно вырос.
Как я упоминал, крыша веранды была застеклена, а в одном из углов находилась
форточка. Ветки глициний порой касались крыши. В передней части веранды стояли
