 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
чтобы от нее с ускорением повернуть к Марсу. Через Венеру к Марсу иногда ближе... -
Космонавт показывает этот маневр на столе между стаканом и
бутылкой.
- Я в курсе. - А я, пожалуй, еще выпью... - Космонавт загребает бутылку в кулак и
наливает полстакана.
- Вы не устанете? Завтра у вас Большая Игра, - напоминаю я. - Ничего. Главное,
равнодушно. Так вот... Понимаете, любой из нас мог воспользоваться этим спиртом как
лекарством и никому специально не
сообщать. Но о спирте никто из нас не думал, потому что ТАМ как-то странно думать об
этом деле... - Космонавт щелкает пальцем по горлу. - Там черт
знает о чем иногда думаешь, но только не об этом. Так вот... Однажды я
погнался за непривязанным бортжурналом, тот залетел в аптечку, и я увидел, что спирта
в бутылке убавилось.
"Значит, кто-то из ребят подлечился", - подумал я. Еще через сутки мы сбросили на
Венеру зонд, а второй заклинило, и мне выпало работать снаружи часов пять без
передышки... наконец я не выдержал, схватил кувалду... да, да, был у нас и такой
инструмент... и зонд
отделился. Помню, я его еще ногой отпихнул и подумал:
"А не выпить ли мне для бодрости капель двадцать? "
Только потом я понял, что пить мне совсем не хотелось, но во мне уже сидел мелкий бес
подозрения. Маленький такой бесенок. В общем, заглянул я в бутылку... Так и есть!
Уровень спирта опять понизился!
И началось! Подозрения хуже отравы. Тут мы к Марсу поворачиваем, дел невпроворот,
времени нет, а я опять туда же - инспектировать бутылку. Мать моя родная! За два дня
спирта убавилось ровно на треть! Кто-то опять
причастился, да так, что концов не найдешь!
"Кто из них? - мучительно гадал я. - Харрисон? Брэдли? Или мой лучший друг Коля
Дашкиев? Может, они втроем пьют, а меня не приглашают? "
- Чувствую, что начинаю звереть, - продолжает Космонавт. - Пока я работаю, кто-то
пьет! Меня не уважают! С кем я на Марс лечу?! С какими-то подзаборными
алкоголиками! Сегодня жрут неразбавленный спирт на борту
космического корабля, а завтра что? Марихуану на Марсе? И вот, когда
бесенок моего подозрения вымахал в громадного пса коммунально-квартирного
скандалиста, я сказал себе:
"Стоп! А кто Я такой? А не дурак ли я? Тут что-то не так. Первая марсианская
экспедиция не должна закончиться катастрофой из-за бутылки спирта. Остановись!
Человеческая природа, конечно, противоречива, и на корабле возникла отвратительная
психологическая ситуация - а что может быть оскорбительней для настоящих мужиков и
ковбоев, если кто-то из них втихомолку пьет, и все подозревают друг друга? - но я не могу
поверить, чтобы кто-нибудь из нас тайком потягивал этот паршивый спирт, потому что
мы здесь не просто человеки, а как бы представители человечества. Тут
что-то не так! "
И тогда мы созвали профсоюзное собрание. Устроились на потолке и начали
митинговать. На повестке дня один вопрос: "Кто пьет? " Пусть честно признается, ему за
это ничего не будет! Американцы божатся, мы с Колей
клянемся, что никто к бутылке не прикасался. Кто же тогда? Пушкин?
Проверяем бутылку, а она уже пуста! Мы верим друг другу, но не можем понять, куда
исчез спирт. Мы перебираем все мыслимые варианты, вплоть до пробития бутылки
микроскопическим метеоритом, и все немыслимые, вплоть до присутствия на корабле
пьющей нечистой силы, как вдруг американцы
начинают, что называется, "ржать"... Совсем, как эти...
За стеной в Танькиной комнате ржут истерическим первобытным смехом. - Что это с
