 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
слушают. Глядя на кого-то невидимого за рамкой экрана, полковник сказал:
- Послан с ультиматумом. С момента приземления вертолета нам дается шестьдесят
минут на эвакуацию. Гарантируется безопасность летательных средств в пределах
запрошенного нами взлетного коридора.
- После срока ультиматума?
- Ядерная атака.
- Это не блеф?
- Не могу знать. Скорее всего, нет. Настроение подавленное. Вокруг района
разворачивается авиадесантная дивизия. Придана часть радиационной защиты.
- Откуда они имеют информацию? - Получили радиограмму с телескопа. Седой
сказал Киселеву:
- Вот тебе твой Портнов... Голос за экраном спрашивал: - О времени сигнала они
имеют информацию? - Не могу знать. С содержанием радиограммы не ознакомлен. -
Твое личное мнение о плане действий?
- Потребовать девяносто минут на эвакуацию. Навести корабли на Москву, Вашингтон,
Нью-Йорк, Лондон, Париж, на все ядерные штабы. Десантный корабль увести
демонстративно, сообщив им координаты взлетного коридора. Оставить резидентов,
конечно. Все.
- Мы успеем дать наводку за пятьдесят пять минут. - Они согласятся на девяносто.
Совет?
Брякающий, неживой голос прокричал:
- Трем разрядам совет! К Расчетчику!
Я видел, как у седого и гитариста опустились плечи, экран потемнел, у меня сильно,
больно колотилось сердце и онемело лицо. Потом седой сказал:
- Так, правильное решение! - И экран опять осветился.
Сорвалось
Я придвинулся ближе. Федор и седой стояли немного поодаль друг от друга,
пригнувшись, чтобы лучше видеть экран. На меня они совсем не обращали внимания.
Словно меня здесь и не было. И я осмелел и встал между ними - чуть наклонившись, как и
они. Настоящего смысла их небрежности я не понимал, конечно. Почему они вели при
мне секретные разговоры? Честно говоря, я думал - убьют, чтобы не разболтал их
секреты. И не боялся. Слишком устал. Тусклая зеленая поверхность корабля, коричневые
фигурки на экране дрожали и расплывались, но я смотрел. Экран показывал часть выгона,
на котором опустился вертолет. Винты машины лениво вращались, из открытой дверцы
кто-то выглядывал, а вокруг полковника Ганина собралась целая толпа.
- Ну, ну! Аккуратненько! - сказал седой. Они там что-то делали с полковником. Я
подумал - окончательно гипнотизируют, и сейчас же увидел, что вовсе не гипнотизируют,
а передают ему такие же прямоугольные ящички, какой я видел здесь, у бывшего Сурена
Давидовича. Все остальное изображение было коричневым, а ящички светились зеленым.
Полковник положил их в нагрудные карманы мундира. Майор, который встречал Ганина,
спросил:
- Хватит тебе двух "посредников"? Возьми третий. - Не в руках же его нести! -
возразил Ганин.
- Наблюдают усердно, - сказал второй. - Заподозрили? - Он говорил о людях в
вертолете. Из открытой дверцы выглядывали уже двое.
- Представления не имею, - сказал Ганин.
- Действуй "посредником" прямо из кармана. Нити выведи!.. Ганин сказал:
- Слушаю, Линия шесть! - откозырял и строевым шагом двинулся к вертолету, к
лесенке, спущенной с борта на землю.
А в вертолете произошло свое движение. Один наблюдатель стал смотреть вверх, а
второй скрылся, и вместо него появился новый - без кителя и с пистолетом в руке.
