 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
аплодисменты. - Свет сюда! На него! Берек! Берек, милый! - Горячая волна света из-за
сцены затопила Кавинанта. Пригвожденный ярким светом, он повернул лицо к певице,
часто моргая, с болью в глазах от страха и гнева.
~Нет! ~
- Леди и джентльмены, люди добрые, я хочу вам представить своего старого друга,
дорогого мне человека. - Сьюзи Терстон была нетерпелива и взволнована. - Половине
песен, которые я знаю, научил меня он. Люди, это - Берек. - И она начала хлопать ему, а
затем сказала: - Может быть, он нам споет. - Публика добродушно присоединилась к ее
аплодисментам.
Рука Кавинанта медленно блуждала вокруг в поисках опоры. Несмотря на все свои
усилия контролировать себя, он посмотрел на ту, которая его предала, с лицом, полным
боли. Аплодисменты отдавались у него в ушах, доводили его до головокружения.
~Нет! ~
Под взглядом Сьюзи Терстон он долго съеживался. Затем, как очищение откровения,
зажегся полный свет. Сквозь невнятное бормотание и шорохи публики щелкнул
уверенный голос:
- Кавинант!
Кавинант закрутился на месте, будто отражая нападение. В дверном проеме стояли двое
мужчин. Оба были в черных шляпах и униформе цвета хаки, с пистолетами в черных
кобурах и с серебряными значками; один из них был высокого роста. Шериф Литтон. Он
стоял, упираясь кулаками в бедра. Когда Кавинант взглянул на него, он поманил его
двумя пальцами. - Ты, Кавинант. Подойди сюда.
- Кавинант? - взвизгнул водитель грузовика. - Ты действительно Кавинант?
Кавинант неуклюже повернулся, как под разорванным парусом, чтобы отразить это
новое нападение. Когда ему на глаза попался шофер, он увидел, что лицо этого великана
покраснело от какого-то страстного чувства. Он встретил взгляд его красных глаз
насколько мог храбро.
- Но я же тебе говорил, кто я.
- Ну уж теперь-то я тебя достану! - заскрежетал тот. - Теперь мы все тебя достанем!
Какого дьявола ты приперся сюда?
Посетители "Двери" повскакали с мест, чтобы лучше видеть, что происходит. Через их
головы шериф закричал: - Не трогать его! - и начал пробираться через толпу.
Кавинант от полной растерянности потерял равновесие. Он споткнулся, ударился лицом
о что-то вроде ножки или края стола, чуть не выбив себе глаз, и растянулся под столом.
Люди вокруг вопили и колотили. Сквозь этот шум шериф ревом отдавал приказы.
Одним ударом руки он выбил стол, стоявший над Кавинантом. Кавинант затравленно
глядел с пола. Его подбитый глаз распух, искажая все вокруг. Тыльной стороной ладони
он стирал слезы. Мигая и с трудом концентрируя взгляд, он разглядел двух мужчин,
стоящих над ним - шерифа и бывшего соседа по столу.
Слегка покачиваясь на ногах с сомкнутыми коленями, торжественно выглядевший
человек бесстрастно смотрел вниз на Кавинанта. Восторженным голосом и
заплетающимся языком он произнес свой вердикт:
- Моя жена - самая чудесная женщина на свете.
Шериф оттолкнул мужчину и склонился над Кавинантом, покачивая ухмыляющимся
лицом, полным зубов.
- Этого вполне достаточно. Мне как раз нужен предлог, чтобы изолировать тебя, дабы
ты не создавал лишних хлопот. Слышишь меня? Вставай.
Кавинант чувствовал себя слишком слабым, чтобы двигаться, и не мог ясно видеть. Но
не хотел принимать ту помощь, которую мог ему предложить шериф. Он перекатился и с
трудом оттолкнулся от пола.
Он встал на ноги, накренившись в одну сторону, но шериф не делал попыток
поддержать его. Затем оперся на спинку стула и вызывающе оглядел затихших зрителей.
