 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
срочности этого дела. Уставив глаза вверх, на труднодоступный склон, словно упрямая
улитка, он карабкался, трудился, используя все резервы возвратившейся силы.
Когда наконец он достиг вершины последнего холма, он и все Стражи Крови
остановились посмотреть на Прибрежье.
Земля, которую Старые Лорды передали великанам для жилья, была прекрасна и
обширна. Огороженная холмами на юге, горами на западе и Солнцерождающим морем на
востоке, она была благодатной гаванью для потерявших родину мореплавателей. Но хотя
они и пользовались благами Страны - вели сельское хозяйство с культурами всех видов,
взрастили прекрасные виноградники, вырастили целые леса красного и тикового дерева,
из которых они строили свои огромные корабли - населением этой земли они так и не
стали. Они были почитателями моря, и город свой предпочли сделать на отвесных скалах
морского побережья, в сорока лигах восточнее того места, где сейчас находилась миссия.
Во времена Дэймлона Друга Великанов, когда Бездомные были более
многочисленными, они расселились по всему побережью, возводя дома и селения по всей
восточной части Прибрежья. Но их число медленно сокращалось, и к настоящему времени
их осталось только треть от того, что было сначала. Они по-прежнему были старожилами,
словоохотливыми, веселыми людьми, и отсутствие детей причиняло им мучительную
боль.
Когда выяснилась эта печальная особенность их изгнания, они покинули свои
разбросанные на севере и юге Прибрежья дома и создали единую общину - горно-
приморский городок, где они могли сохранять своих немногих детей, и свои песни, и свои
длинные истории. Несмотря на древний обычай давать всему длинные наименования -
такие, которые рассказывают о названной вещи - они именовали свой городок просто
Коуэркри - то есть Горесть. Здесь они жили со времен молодости Высокого Лорда Кевина.
Осматривая сверху землю великанов, Лорд Гирим тихо заплакал: "Ах, Корик! Молись,
чтобы Хоэркин солгал! Молись, чтобы его известия оказались обманом! Ах, мое сердце! "
Он схватился за грудь обеими руками и пустился вниз по склону бегом. Корик и Силл
быстро догнали его, подхватили под плечи. Они вели его между собой так, что ему было
легче двигаться. Так миссия начала свое пешее путешествие по направлению к Горести.
Лорд Гирим бежал весь остаток дня, отдыхая только тогда, когда боль в груди
становилась нестерпимой. И Стражи Крови знали, что у него для этого были веские
причины. Двадцать дней - говорил Лорд Морэм. Шел двадцатый день миссии. На рассвете
следующего дня, когда Лорд Гирим очнулся от своего мучительного сна, он отпихнул
Корика и Силла и побежал один. Его поспешный бег привел миссию на самый запад
виноградников великанов. Корик послал Доара и Шалла через улицы в поисках каких-
либо знаков. Но знаки эти рассказали, что великаны, растившие этот виноградник, в
спешке покинули его все вместе. Все было очевидно. Мотыги и грабли великанов были
брошены посреди винограда там, где только что прошлись своими железками и зубьями,
возле следов, отмечающих их работу, и несколько кожаных мешков, в которых великаны
обычно носили пищу и вещи, были оставлены прямо на земле. Очевидно, Бездомные
получили какой-то сигнал и в ответ на него сразу же оставили свою работу.
Отпечатки ног на мягкой почве виноградника вели по направлению к Коуэркри.
Этим днем миссия следовала через виноградники, тиковые деревья, поля. Брошенные
повсюду инструменты и припасы подтверждали то же самое. Но следующий день принес
дождь, который смыл и следы ног, и следы работы.
Стражи Крови больше не имели возможности узнавать хоть чего-нибудь по этим
признакам.
Ночью дождь закончился. В слабом бризе Стражи Крови могли уже ощущать соленый
запах моря. Ясное небо обещало ясный день, но рассвет двадцать третьего дня был
кроваво-красным, со зловещими зелеными вспышками, и это не принесло Лорду Гириму
облегчения. После того как он проглотил предложенные ему Силлом драгоценные ягоды,
он не встал. Наоборот, даже обхватил колени руками и опустил голову, как будто хотел
