 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
клятвы! Отпустите меня!
- Ты - вомарк, - сказал Морэм угрожающе. - Клятва Мира связывает и тебя. Но если ты
не можешь воздержаться от убийства по этой причине, то воздержись хотя бы потому,
что армия Презирающего уничтожена. Душераздиратель висит мертвым на Виселичной
Плеши.
- И это ты называешь победой? Нас уничтожили! Что же хорошего в победе,
доставшейся такой ценой? - Ярость Троя нарастала как плач. - Было бы лучше, если бы
мы проиграли! Тогда бы не было такого опустошения! - От ярости он глотал воздух, будто
его охватило удушье от предательства Кавинанта.
Но Лорд Морэм оставался спокойным. Он схватил Троя за нагрудник и тряс его.
- Тогда тем более воздержись, потому что Высокий Лорд не мертва. - Нет? - выдохнул
Трой. - Не мертва?
- Битва слышна даже здесь. Разве ты не узнаешь эти звуки? Из того, что нам слышно,
понятно, что сейчас она борется против мертвого Кевина. Посох защищает ее и потому не
имеет сейчас той силы, которая ему присуща. Но доказательство ее стойкости есть и
здесь, в самом Неверящем. Она призвала его, и если она умрет, он покинет Страну. Так
уже было, когда пещерник Друл Камневый Червь впервые вызвал его.
- Она все еще сражается? - ухватился за мысль Трой. Он, казалось, воспринял это как
решающее доказательство предательства Кавинанта. Но затем он повернулся к Морэму и
воскликнул: - Мы должны помочь ей!
В ответ на это Морэм вздрогнул. Лицо его исказила гримаса боли. Сдавленным
голосом он спросил:
- Как?
- Как?! - вскипел Трой. - Не спрашивай меня - как. Ты - Лорд. Мы должны помочь ей.
Лорд выпрямился и, сжав посох, оперся на него. - Нас отделяет пятьдесят лиг от
Расколотой Скалы. Ночь и день пройдут прежде, чем любой ранихин сможет отвезти нас к
ее подножию. Затем потребуется Баннор, чтобы провести нас внутрь горы и найти место
битвы. Возможно, что в ходе битвы были разрушены все подступы к ней. Возможно, в
пылу сражения они уже на подступах уничтожат нас. Но даже если мы доберемся до
Высокого Лорда, нам будет нечего предложить ей, кроме хрупкой силы двух Лордов.
Имея Посох Закона, она намного превосходит нас. Чем мы можем помочь ей?
Они стояли лицом друг к другу, как бы противостоя умом к уму, невзирая на безглазие
Троя. Морэм не дрогнул под натиском гнева вомарка. На его лице отчетливо проступила
обида от осознания своей неравноценности, но он не отрицал своей слабости и не
проклинал ее.
Хотя Трой дрожал от нетерпения, со своими требованиями ему следовало бы
обратиться к кому-нибудь другому. Он качнулся в сторону Кавинанта. - Ты! - закричал он
резко. - Если ты слишком труслив для того, чтобы сделать что-нибудь самому, дай хотя
бы мне шанс помочь ей. Дай мне твое кольцо! Я чувствую его отсюда. Дай мне его!
Живей, ты, ублюдок! Это - ее единственный шанс.
Стоя на коленях на мертвой песчаной грязи Плеши, Кавинант смотрел вверх на Троя
сквозь кровь, застилавшую глаза. Какое-то время он был не в состоянии отвечать.
Требование Троя, казалось, свалилось на него подобно камнепаду. Оно смело его
последнее сопротивление и обнажило его позор. Ему следовало бы спасти Елену. Он
обладал силой, она пульсировала подобно крови на его безымянном пальце. Но он не
воспользовался ею. Неведение не могло служить ему оправданием. Его заявления о своей
беспомощности не были более оправданием для него.
Бесплодная атмосфера Плеши вызывала боль в его груди когда он вставал на ноги. Едва
видя, куда идет, он продвигался вверх по склону. От напряжения его голова болела так,
будто осколки костей впивались в мозг, и сердце его трепетало. Беззвучный внутренний
голос кричал ему: "Нет! Нет! ". Но он не обращал внимания. Своей неискалеченной рукой
он нащупал кольцо. Казалось, оно сопротивлялось - ему стоило труда ухватить его - но к
