 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
или идентифицировать исполняемую песню. Вместо этого она встала в центре сцены,
замерла на секунду, ожидая пока песня снизойдет на нее, затем подняла лицо и открыла
рот.
Вначале мелодия была скучной, сдержанной и неловкой - только с намеком на укрытую
в ней остроту и мучительность.
~Я был на острие Земли - Грейвин Френдор, Чьи Огненные Львы,
Вздымали гривы ввысь, что пламенем полны, Но все ж не выше, чем те горизонты,
Что были взгляду моему подвластны,
Конь-ранихин, который бьет копытом, Не ведавшим подков с начала Века,
И скачет радостным галопом во имя моей воли; Творения из железа - великаны,
Пришедшие из солнце порождающего моря Ко мне на кораблях, таких же мощных,
Как большие замки, что вырубили замок мне В массиве горном из сырой земной скалы
Как верности и преданности знак,
Вручную высеченный в вечном камне времени; И Лорды, что трудятся под Смотровой
В поту, чтоб претворить в природе
Цель очевидную Создателя Земли,
Намеренье, понятное из силы,
Запечатленной в плоти и кости Законом непреложным Сотворенья; Возможно ль мне
такую власть и славу, Что не охватишь распростертыми руками, Иметь - и устоять при
этом
Лицом к лицу пред тем, кто Презирает, И вовсе не испытывать испуга? ~
Но затем песня изменилась, как будто певец открыла внутренние резервы, придала
голосу больше резонанса. В высоких радужных переливах песни она отбросила свои
погребальные интонации - ярко выражая и подчеркивая это таким количеством
заключенной в себе гармонии, такими возможностями для других аккомпанирующих
голосов, что казалось, будто с ней поет целый хор, использующий для этого ее же рот.
~Где сила, которая защитит Красоту жизни от гниения смерти? Сохранит правду
чистой ото лжи?
Сохранит верность от пятен позора хаоса, Который наводит порчу?
Как мало мы воздаем за Злобу. Почему сами скалы не рвутся
К их собственному очищению, Или крошатся в пыль от стыда? Создатель!
Когда ты осквернил этот храм, Избавляясь от Презирающего
Скинув его в Страну,
Имел ли ты в виду,
Что и красота, и правда Исчезнут без следа?
Творил ли ты мою судьбу по Закону Жизни? Неужели я бессилен в этом?
И должен ли я вести,
Прилагая к этому свои усилия, Признавая горькое лицо предательства, Весь этот мир
к падению? ~
Ее музыка страстно летела в воздух как израненная песня. И когда она закончила, люди
вскочили на ноги.
Вместе они запели в необъятные небеса:
~О, Создатель! Лорд Времени и Отец Земли! Имел ли ты в виду,
Что и красота, и правда Исчезнут без следа? ~
Баннор встал, но он не присоединился к песне. Кавинант остался сидеть, чувствуя себя
маленьким и ненужным в обществе Ревлстона. Эта эмоция дошла до кульминации в
припеве, источая острую печаль, а затем наполняя амфитеатр волной миролюбия, которая
