 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
остановить мага. Но кто спросил нас, когда мы оказались втянуты в эту историю? Разве
Клиффсайдскую коммуну спросили, хотят ли драконы биться с пособниками Темных Сил
у Презренной Башни? Нет! Нас просто втянули в это, хотели мы того или нет. Как будто
мы бесправны!
Фактически от начала и до конца это было делом рук джорджей! Этот маг вселился в
Горбаша, не спросив его согласия. Никого не спросясь, к нам пришла эта ободранная,
костлявая, поганая самка, и в нее-то все и уперлось! Если бы не эта никчемная, вонючая
самка джорджа...
- Заткнись! Сейчас ты у меня получишь! - взревел Джим во всю глотку. Как уже было
сказано, ростом Горбашу он не уступал, но и голосом, как выяснилось, тоже. Может, даже
превосходил. Кроме того, поскольку в настоящий момент Джим пребывал в теле дракона,
то стал жертвой той самой "драконьей ярости", о которой говорил ему Смргол в ту пору,
когда Джим считался его внучатым племянником. Если попытаться описать это состояние
человеческим языком, то можно сказать, что кровь прилила к его лицу, и он, не
задумываясь о последствиях, пошел на обидчика. Неожиданная вспышка его гнева
заставила всех замолчать; даже тот дракон, который кричал больше всех, действительно
заткнулся.
- Ты говоришь о моей жене! - грозно зарокотал Джим. В области желудка разлился
жар; Джиму показалось, что в его животе находится топка, в которую только что от души
подбросили угольку. Сам он никогда не извергал пламени и не видел, чтобы какой-нибудь
дракон в этом мире так поступал. Возможно, все это - пустые россказни. Тем не менее
жар, пылающий внутри него, вполне соответствовал теперешнему состоянию Джима, и
он испытывал упоение. Если бы драконы умели выдыхать пламя, то Джим знал бы, что
ему делать.
- Никто - ни дракон, ни кто-либо другой, - рычал он, - не смеет говорить так об Энджи!
Попробуйте только, и вы увидите, что произойдет с ним! И еще. Я был терпелив. Сидел
здесь и слушал ваши рассуждения, извинялся, словом, делал все, чтобы вы дали паспорт,
который мне очень нужен; паспорт, который, в конце концов, послужит для вашего же
блага, для блага каждого из вас. Это Англия, и то, что произойдет с одним, случится с
каждым, будь то джордж, дракон или еще кто-нибудь!
Ну, вы меня достали! - бушевал он. - Я ждал, что вы внемлете голосу разума, но вы не
сделали этого. Я ждал слишком долго! Секох объяснил, а я показал, что я - маг,
настоящий маг. Не хотелось мне использовать магию, но вы не оставили выбора!
Его осенило: он вспомнил, как-то раз, меньше чем год назад, Каролинус, чтобы
сообщить Джиму, куда Брайагх унес Энджи, вызывал жука-глазастика. Тот, пропищав
что-то маловразумительное, зарылся обратно под землю и скрылся с глаз долой.
Каролинус, помнится, тогда еще чем-то грозил Джиму-Горбашу, и вот теперь его слова,
правда с небольшими изменениями, вертелись на языке у Джима.
- Итак, вы не желаете быть честными и доблестными драконами? - закричал он. -
Хорошо, драконами вы не будете! Вы будете жуками-глазастиками!
Джим замолчал, щелкнув челюстями, и воцарилась жуткая тишина. Драконы были так
молчаливы и неподвижны, что их можно было принять за статуи, высеченные из камней
Большой Пещеры. Замерев, они не сводили с него глаз.
Пауза затянулась. Джим понемногу остыл и успокоился. Пришло время поразмыслить
над своими словами, Угроза превратить драконов в жуков была просто смехотворной. Он
не имел ни малейшего понятия, как ее выполнить. Конечно, в миниатюрной
Энциклопедии Некромантии, болтающейся где-то в его животе, была соответствующая
формула, но она никогда не попадалась ему на глаза, и он даже не знал, как она может
выглядеть. Если драконы потребуют сдержать слово, то Джим может продемонстрировать
лишь то, что как маг он - ноль без палочки.
Его горло на мгновение перехватило от злости на самого себя. Как можно быть таким
дураком, чтобы лгать самому себе? Похоже, его пребывание здесь потеряло всякий смысл.
