 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
приевшимся традиционным джазом, замороженная дрянным "кулом", аудитория ждала
чего-нибудь свеженького и в то же время испуганно шарахалась от слишком
непривычного и экспериментального. Играя в клубе вечер за вечером, Бифф имел
возможность убедиться в этом на собственном опыте.
Как раз наступило время уехать и обновить его. При условии, что тебя не забудут...
О, тут требовалась известная тонкость! Если мозолить глаза слишком старательно,
публика устанет и заявит: "Ну, парень дает - он все еще здесь? " А стоит уехать
достаточно надолго - о твоем существовании забудут и придется начинать все сначала.
Тем не менее рискнуть стоило.
Он дул в свою трубу в Манчестере, Глазго, Лондоне, Гамбурге и Утрехте. Теперь ему
предстояло заняться этим в Вест-Индии.
Он представил остров, где солнце было горячим, музыка - страстной, а страсти -
пылкими. Темперамента Биффа Бейли должно было хватить на все это.
Паити не разочаровал Биффа. Раскаленные улицы Дьюпонта и знойные женщины,
ослепляющие белизной улыбок меж темных губ - губ, принадлежащих негритянкам,
испанкам или мулаткам. Движения их были музыкальны уже сами по себе. Шорох их
шагов в пыли напоминал бесконечный танец. Воздух наполнял вкрадчивый ритм,
совпадающий с биением вашего сердца.
Не разочаровал его и клуб "фламинго".
Бифф заглянул туда через несколько часов после прибытия на остров. Ему хотелось
оценить обстановку и составить впечатление о публике, что всегда полезно сделать
заранее.
С первого взгляда он понял, что это местечко придется ему по душе. Здесь было шумно
и весело. Люди приходили сюда развлечься, а не демонстрировать снобистское презрение
ко всему на свете.
Смуглая кожа островитян бархатисто поблескивала в приглушенном свете ламп, и смех,
которым аудитория радостно отзывалась на любой темпераментный пассаж оркестра, был
тоже бархатистым и сочным.
Когда певец затягивал калипсо или другую народную мелодию, все вокруг
подхватывали ритм, отбивая его ногами, прищелкивая пальцами и сияя улыбками. И даже
чопорные англичане из консульства, нефтяных компаний и с консервных фабрик теряли
здесь значительную часть своей сдержанности, заметно оттаивая в благодатном климате
острова.
Бифф подсел за столик к ребятам из своего оркестра. Те, оценив интерьер, довольно
кивнули:
- Шикарно!
- Вполне годится, чтобы здесь выступали гении. В этот момент на эстраде появился
молодой гибкий негр с орлиным носом и смешным пухлым ртом и с жаром затянул
калипсо. Оркестр начал осторожно вторить ему, следуя за сильным, чистым голосом.
Музыка рождалась как будто сама собой - из грохота океанского прибоя, страстных
звуков напоенной ароматами знойного воздуха тропической ночи, - музыка, постигнуть
которую могут лишь те, кто здесь родился.
"Интересно, как после таких штучек владельцы заведения воспримут наш оркестр? " -
подумал Бифф. Впрочем, в доброжелательной атмосфере клуба все должно пройти
хорошо - он не сомневался в этом. На благодатной земле Паити нет места тревогам и
сомнениям. Бифф упивался ее томной красотой.
Здесь не может произойти ничего скверного или неприятного. Лишь следуй закону
собственного сердца - и все будет прекрасно.
Песня закончилась. Зал взорвался аплодисментами, потонувшими в новой бравурной
мелодии. Пока танцующие пары уходили с пятачка перед эстрадой, к столику Биффа
подошел столь поразивший его певец.
- Привет, парни! Я Сэмми Койн. Это вы заменяете меня? - Пожалуй что так.
