 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
- Знаешь ли ты, куда мы идем? - спросил Мур, когда она повернулась к засыпающему
саду. - Туда, откуда не возвращаются. В небытие. Пока мы спим, мир идет своей дорогой.
- Это помогает сберечь силы, - сказала она через несколько секунд. - Стимулирует.
Вдохновляет. Я об отсутствии привязанностей. Все в мире тленно, кроме нас. Время и
пространство не властны над нами, если у нас нет привязанностей.
- Ни к кому и ни к чему? - Ни к кому и ни к чему. - А тебе не кажется, что все это -
великий розыгрыш? - Ты о чем?
- О том, что с нами происходит. Представь, что все население планеты - мужчины,
женщины, дети - год назад погибло при вторжении с Альфы Центавра. Все, кроме нас,
замороженных. Предположим, инопланетяне распространили смертоносные бациллы...
- Я читала, в созвездии Центавра нет жизни. - Хорошо, пусть они не с Центавра, а из
другого созвездия. Предположим, все следы катастрофы уничтожены, и один из
пришельцев показывает клешней на это здание. - Мур хлопнул ладонью по стене. - Он
говорит: "Эге! Да тут остались живые, только они заморожены. Давайте-ка, ребята,
спросим наших социологов, стоят ли эти земляне того, чтобы с ними возиться, или лучше
снять крышки с холодильников, да и дело с концом? " Потом сюда входит социолог,
любуется нашими ледяными саркофагами и говорит: "Эти олухи заслуживают только
насмешек да нескольких строк петитом в провинциальной газетенке. Пусть они и
останутся в полном неведении. Пусть думают, что все идет по-прежнему. Вся их жизнь
расписана заранее, так что обмануть их труда не составит. Мы заполним танцевальные
залы андроидами и будем удовлетворять все прихоти этих балбесов. Мы изучим их
поведение в любой мыслимой ситуации, а когда закончим исследования, сломаем реле
времени на морозильниках, - и пусть они спят до скончания века. Или снимем крышки, и
они мигом протухнут".
fНа том они и порешили, и теперь мы, последние земляне, пляшем перед машинами
нелюдей, изучающих нас по одним лишь им ведомым причинам.
- Ну что ж, -улыбнулась она. - Возможно, мы даже разок-другой сорвем аплодисменты,
прежде чем протухнем.
Леота бросила окурок и, поцеловав Мура, пожелала ему спокойной ночи. Затем они
разошлись по своим "бункерам".
- - -
Спустя двенадцать недель Мур решил отдохнуть. Каждого праздника он ожидал теперь
чуть ли не с ужасом. Периоды бодрствования, на которые не выпадало Балов, Леота
проводила вместе с ним. Последнее время она была мрачной и замкнутой - видимо,
сожалела, что тратит на Мура свое драгоценное время. Поэтому он решил ненадолго
расстаться с ней и увидеть что-нибудь реальное, совершить экскурсию по Земле две
тысячи семьдесят восьмого года. Ведь ему, как ни крути, было за сто - давно пора
оглядеться по сторонам.
"Богиня будет жить вечно", - утверждал заголовок выцветшей газетной вырезки на
стене главного коридора Обители Сна. В статье речь шла об окончательной победе врачей
над атеросклерозом и о полном исцелении одной из самых знаменитых его жертв. Мур
подумал, что после собеседования ни разу не видел Дуэнью; впрочем, он и не искал
встречи с нею.
Он достал из шкафа с повседневной одеждой костюм, переоделся, решительным
шагом вышел из Обители Сна и, не встречая по пути ни одной живой души, направился к
аэродрому.
Входя в кабинку на краю летного поля, он еще не знал, куда полетит. - Будьте
любезны, назовите место назначения, - раздался голос из динамика.
- Э-э... Оаху. Лабораторный комплекс корпорации "Аква Майнинг". Если, конечно, там
есть посадочная площадка.
- Посадочная площадка там есть. Но на последние пятьдесят шесть миль пути придется
