 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
старше.
- Ты не против, если он будет одного с тобой роста? - Лишь бы не был карликом.
- А ты не против крупного носа? Принцесса чувственно рассмеялась. - Мартинус, ты
такой смешной!.. Знаешь, какая между нами разница? Я всегда добиваюсь своего прямо -
в любви, в ненависти, в чем угодно.
- А я?
- А ты ходишь вокруг да около и неделю мучаешься сомнениями: настолько ли тебе
это надо, чтобы рисковать... Только пойми меня правильно, - поспешно добавила
Матасунта, - мне все в тебе нравится.
- Приятно слышать. Так относительно носа...
- Конечно, не против! Твой нос, по-моему, аристократичен и благороден. Не возражаю
я и против маленьких рыжих бородок или вьющихся каштановых волос или любых
других черт внешности удивительного молодого человека по имени Мартинус
Падуанский. Тебя ведь это интересует?
Пэдуэй с облегчением вздохнул. Какая чудесная женщина - все понимает и идет ему
навстречу!
- Честно говоря, да, принцесса. - Не будь таким кошмарно почтительным, Мартинус.
Сразу видно, что ты чужестранец - непременно употребляешь все правильные титулы и
обращения.
Пэдуэй ухмыльнулся.
- Лучше подстраховаться... Ну, попробую без обиняков. Я... э-э, хотел спросить... раз
ты не против... нельзя ли мне рассчитывать со временем на... э-э...
- Ты случайно не любовь имеешь в виду? - Да! - выпалил Мартин.
- Может быть.
- Фу! - Мартин вытер вспотевший лоб. - Только меня надо учить, - сказала Матасунта,
- Я вела уединенную жизнь и плохо знаю мир.
- Я заглянул н свод законов, - торопливо произнес Пэдуэй. - Есть декрет, запрещающий
браки между итальянцами и готами, однако про американцев там ничего не говорится. Так
что...
Матасунта перебила его:
- Если ты сядешь поближе, дорогой Мартинус, мне будет лучше слышно. Пэдуэй
подошел и сел рядом с принцессой.
- Эдикты Теодориха...
- Я знаю закон, - промурлыкала Матасунта. - Наставления мне нужны иного рода.
Мартин наконец подавил свою тенденцию теоретизировать, когда дело касалось
чувств.
- Первый урок, любовь моя, будет такой. И поцеловал ее руку.
Веки принцессы были сомкнуты, рот приоткрыт, грудь судорожно вздымалась.
- Значит, американцы тоже практикуют искусство поцелуев? Пэдуэй схватил ее в
объятия и дал второй урок. Матасунта открыла глаза, моргнула и восхищенно покачала
головой.
- Глупый вопрос, дорогой Мартинус, нам до американцев далеко!.. Какие мысли ты
рождаешь в невинной девушке!
Она рассмеялась - заливисто и громко. Пэдуэй хрипловатым голосом подхватил ее
смех.
- Ты сделала меня счастливым человеком, принцесса. - Ты тоже сделал меня
счастливой, мой принц. Я и мечтать не могла о таком мужчине! - Матасунта вновь упала в
его объятия, потом выпрямилась, поправила прическу и деловито продолжила: - Но
прежде нам надо решить немало важных вопросов. Например, Виттигис.
- Что - Виттигис? - Счастье Пэдуэя внезапно дало трещину. - Его придется убить,
разумеется.
- Убить?
