 |
 |
 |
 |
|
 |
 |
пристроили животных в укрытие, она сказала:
- Я не знаю, для чего ты здесь, ждешь ли ты своих друзей или нет. Полагаю, ты не
хочешь мне говорить.
Рольф забрался в укрытие, в котором спал, и через мгновение Кэтрин села рядом на
свой расстеленный плащ. Она продолжила:
- Возможно, ты должен поделиться с ними своей добычей. Я не знаю, как принято
среди бандитов. Но если ты не собираешься встречаться с ними или считаешь, что они
погибли, тогда ты мог бы пойти со мной и присоединиться к Западу. Я уверена, что им
нужны ловкие люди.
- Хм. Если бы я хотел удрать от своих друзей, чтобы не делиться с ними добычей, я бы
так и поступил. - Он сделал паузу, втайне забавляясь ее растерянностью. - Но есть веские
причины, по которым я не могу сделать этого. Сейчас - не могу.
Кэтрин была сбита с толку, но продолжала настаивать. - Я понимаю, у тебя есть этот
огромный камень, он может принести тебе богатство. Зачем тебе ввязываться в сражения?
Возможно, ты даже был когда-то солдатом Запада и дезертировал. Я знаю, некоторые
именно так стали бандитами. Нет, меня это не касается; я знаю только, что ты помог мне
больше, чем можешь себе представить, и я хочу отблагодарить тебя за это. Поскольку ты
сделал это - неважно, по какой причине, - ты должен получить вознаграждение. Мой отец
- бургомистр Бэргена; ты, наверное, знаешь, это один из главных городов Океанских
островов, город, который никогда не подвергался нападению Востока и все еще сильный.
Дом принца Дункана находится неподалеку оттуда, а я уверена, что ты слышал о нем.
- Без сомнения, он твой приятель.
- Я видела его. И только.
- Если твой город остался невредим, как ты стала рабыней? Она посмотрела вдаль.
- Это долгая история, похожая на многие другие, хорошо тебе известные. Я
путешествовала вдали от дома и угодила в засаду... Уверена, что мои домашние ищут
меня, и их благодарность любому, кто вернет меня домой, будет огромна. - Ее глаза снова
уставились на Рольфа. - И никто на Островах не назовет тебя вором за то, что ты при этом
забрал какие-то драгоценности Востока.
Они оба немного помолчали. Затем Кэтрин продолжила, как бы больше себе самой,
чем Рольфу:
- Есть еще человек, которому я поклялась, что выйду за него замуж, но это было так
давно... уже больше года, как я пропала. Он вполне мог к этому времени жениться на
другой или умереть, так как он был солдатом. - Она казалась достаточно спокойной,
словно ее прошлую жизнь от настоящей отделяли десятки лет, а не месяцы, и Рольф
понимал ее; его жизнь была сломана подобным же образом.
Очевидно, ободренная тем, что он по крайней мере проявлял терпимость к ее
разговорам, она спросила:
- Ты знаешь что-нибудь о том, как проходит война? Рольф подумал немного и
ответил, как мог бы ответить любой осторожный разбойник.
- Дункан со своей армией находится в походе, продолжает сражаться. Оминор,
похоже, не может ни выбить его с континента, ни окружить.
Здоровый глаз Кэтрин блеснул радостью.
- Говорю тебе, Запад должен победить. Если их не разбили до сих пор, то не разобьют
никогда.
- То же можно сказать и о Востоке, - сонно произнес Рольф и прикрыл глаза. - Я
подумаю над тем, что ты сказала. А пока хватит об этом. Постарайся немного поспать.
Позже, днем, констебль может подойти ближе, и нам следует быть настороже.
Они провели остаток дня в своем укрытии, отдыхая, стараясь помочь лошадям.
Животные страдали от воспалившихся ран, и одно из них заметно слабело. Рольф заметил
далеко в небе рептилию, но он не мог определить, что она там делает. За час до захода
солнца он сделался беспокойным и нетерпеливым и стал прислушиваться к каждому
